Возврат в оглавление
   

Афинская демократия (середина V в. до н.э.).

Введение
I. Краткая характеристика источников, освещающих проблемы Афинской демократии в середине V в. до н.э.
II. Причины установления рабовладельческой демократии в Аттике в середине V в. до н.э.
а) Объективные причины.
б) Субъективные причины: политика Фемистокла, Кимона, Эфиальта.
в) Роль Перикла в установлении демократического строя в Аттике.
III. Органы государственной власти в Афинах середины V в. до н.э.
IV. Признаки демократии.
V. Ограниченность и уязвимость Афинской демократии
VI. Афины в 'век Перикла'
Заключение
Список источников и литературы
   

Автор: доцент Т.Б. Перфилова, (c) 2003

ISBN 5-87555-434-7

Введение

Уважаемые студенты!

Данное учебное пособие посвящено сущности и проблемам афинской демократии - первого в истории опыта создания демократического общественного устройства, первого образца "народовластия", в котором наиболее ярко и отчётливо проявились черты этой новой для античности формы государственного управления.

Сам термин "демократия" следует применять для характеристики политического строя Аттики, утвердившегося после окончания греко-персидских войн (500 - 449 гг. до н.э.). Как мы уже пытались доказать ранее1 ни при Солоне - знаменитом афинском мудреце, реформаторе, ни при Клисфене - другом политическом лидере Афин VI в. до н.э., демократии не существовало. Солон предоставил народу только "почёт ... без лишних прав", а Клисфен допустил к управлению Афинами одну лишь "верхушку демоса", так как провозглашение равенства граждан перед законом при неоплачиваемости магистратур сводило право на участие в политической жизни всех граждан к лозунгу2.

Реформирование системы государственного устройства Афин было фикцией при сохранении за Ареопагом (высшим государственным советом, органом власти аристократии) прав высшего законодательного органа, отвечающего за сохранение государственного порядка и привлечение граждан к судебной ответственности. Только дискредитация членов Ареопага при Эфиальте (462-461 гг. до н.э.), повлекшая утрату государственным советом его значения как высшего органа власти, позволила народному собранию (экклесии) занять освободившуюся нишу в системе государственного управления Афин. Этому же способствовала и победа греческого народа, прежде всего граждан Афин, в греко-персидских войнах, позволившая демосу добиваться дальнейшего расширения доли участия в политической жизни своей родины.

В период утверждения демократии народное собрание стало высшим законодательным, избирательным, контролирующим и обвинительным органом. Решения экклесии не подлежали контролю и утверждению.

В промежутках между созывами экклесии, подготавливая дела к очередным заседаниям и контролируя деятельность должностных лиц, непрерывно функционировал своеобразный президиум народного собрания - Совет пятисот, правительство Афинского государства.

Органом народовластия можно считать и суд присяжных (гелиэю), состоявший из шести тысяч человек и защищавший государственный демократический строй, выносивший приговоры об остракизме (изгнании), лишении гражданских прав, конфискации имущества без права обжалования.

Проявлениями афинской демократии следует считать следующие права граждан-мужчин, достигших 30-летнего возраста: равенство перед законом, право избирать на все должности и быть избранными на все государственные должности (кроме стратегов и казначеев), право каждого на законодательную инициативу, на опротестование принятых на народном собрании решений, на критику должностных лиц. В Афинах ежегодно пересматривались все законы, переизбирались все должностные лица (исключение было сделано лишь Периклу).

Гарантией права каждого на участие в политической жизни служила оплата должностей, к которой в IV в. до н.э. присоединилась плата за посещение народного собрания. В Афинах раздавались и театральные деньги, так как в те времена театр был средством политического и нравственного воспитания граждан.

Ф. Арский, характеризуя афинскую демократию, писал: "Демократия достигла высшей точки и замкнулась в себе. Она существовала в себе и для себя. Она открыто провозгласила своё право повелевать и господствовать, презириая не только рабов, но и метеков. Опасаясь возвышения отдельных личностей, она сделала демос источником закона, высшим судьёй и носителем истины, несокрушимо уверовавшим в то, что большинство всегда право. Сражаясь с призраком тирании, афинский демос превратился в коллективного деспота, требующего жертв как от собственных граждан, так и от союзников"3.

Нельзя не обратить внимания и на то, что демократия в Афинах была направляемой и управляемой. Лидером афинской демократии с 444 г. до н.э. и на протяжении 15 лет был первый стратег Перикл. Перикл оказался во главе "демократической партии" по логике политической борьбы: место лидера "аристократической партии" было "занято" Кимоном, прославленным героем греко-персидских войн, пользовавшегося огромной любовью у афинян. Стремление Перикла к лидерству, ярко выраженная амбициозность заставили его воспользоваться в качестве средства для достижения власти силой народа, "вопреки его природным наклонностям, совершенно не демократическим" (Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Перикл. 9; 11). Периклу пришлось поначалу "заигрывать" с народом, сообщает нам Плутарх: он устраивал торжественные зрелища, пиршества, морские экспедиции. Лишь после того, как Перикл добился изгнания из Афин своих политических противников, Кимона и Фукидида из Алопеки, он оказался на вершине власти, единственным лидером страны. Перикл фактически стал единолично управлять Афинами. Плутарх по этому поводу замечает: "Но Перикл уже был не тот, - не был, как прежде, послушным орудием народа, легко уступавшим и мирволившим страстям толпы..., он в своей политике затянул песню на аристократический и монархический лад... По б?льшей части он вёл за собою народ убеждением и наставлением... Однако, бывали случаи, когда народ выражал недовольство; тогда Перикл натягивал вожжи и, направляя его к его же благу, заставлял его повиноваться своей воле" (Плутарх. Перикл. 15).

Плутарх неоднократно упоминает о могуществе и всесилии Перикла, умении искусно управлять народом, а при характеристике государственного строя Афин при Перикле использует термины "единовластие", "тирания", "полная монархия".

Вместе с тем нельзя не признать, что у Перикла не было титула, возвышающего его над остальными гражданами, не было личной гвардии, как у тиранов, его деятельность не шла вразрез с существующими законами. У него было лишь одно существенное преимущество над остальными гражданами и оружие - уникальный ораторский дар, позволявший ему вести за собой толпу.

Характеризуя методы управления Перикла, историк Фукидид отмечал, что Перикл свободно правил массой, и не столько она руководила им, сколько он ею, потому что он приобрёл власть, и не прибегая к недостойным средствам, и не имел вследствие этого нужды льстить толпе.

Неоспоримыми достоинствами Перикла как политика можно назвать ум и дальновидность, патриотизм, великодушие, бескорыстие.

Встав во главе "партии демократии", он думал не только о росте материального благосостояния и усилении политической активности граждан, но главным образом, о росте могущества Афин. Не собственная слава, а благо отечества, по словам Фукидида, стали целью его жизни. Он не отделял своей судьбы от судьбы государства и жил в соответствии с теми обычаями и законами, которые считал образцовыми и наисправедливейшими для Афин. Он ни на драхму не увеличил своего состояния за годы многолетнего управления Афинами.

В то же время нельзя забывать, что Перикл принёс афинянам не только славу, но и горе. Закон об ограничении гражданства был вызывающим средством дискриминации тех граждан Аттики, один из родителей которых не пользовался гражданскими правами.

Сократ обвинил Перикла в том, что он развратил демос подачками, приучил к праздности, введя оплату должностей. Люди, окунувшиеся в политическую жизнь, отвыкали от производительного труда и начинали относиться к нему как к занятию, достойному только рабов. Наконец, нельзя забывать, что по инициативе Перикла была начата Пелопоннесская война, а бездарный план ведения военных действий, разработанный первым стратегом, привёл к поражению Афин и фактической гибели демократического строя.

При рассмотрении проблем Афинской демократии важно обратить внимание на её ограниченность:

  1. Лозунг "прямого народоправства" вряд ли был осуществим, в связи с частотой проведения народных собраний (1 раз в 10 дней). Это делало нереальным право каждого гражданина, особенно живущего в отдалённых уголках Аттики, на участие в политической жизни.
  2. Право "свободы слова, законодательной инициативы" могло быть реализовано на практике только гражданами, обладавшими знаниями, обучавшимися риторике, наделёнными ораторскими способностями.
  3. Демократия оставалась демократией для избранных. 20 тыс. афинян, (среди которых не было метеков, женщин, юношей, не достигших 20-летнего возраста), получавших при Перикле пособия или жалованье, открыто грабили союзные государства (членов Первого Афинского морского союза), расстрачивая их средства не на строительство и оснащение своих кораблей, а на потребности демократического строя украшение города, празднества.
  4. Демократия нивелировала общество: народ ревниво следил, чтобы кто-нибудь из граждан не приобрёл большего влияния. Незаурядных, ярких, способных политических лидеров заставляли покидать территорию страны из-за страха за разрушение созданных порядков.

Внутри политического режима, созданного в Афинах, отчётливо проявились зародыши его гибели:

  1. Замкнутость и ограниченность Афинского полиса порождали ограниченность мировоззрения его граждан. Они не могли великодушно поделиться своими правами даже с теми греками, которые, борясь с персами, приближали победу демократического строя в Аттике. Наоборот, они демонстративно подчёркивали свои права и привилегии перед негражданами своей страны. Свобода для граждан, возведённая в культ в Афинах, оборачивалась требованиями покорности для союзников. Эксплуатируемые союзники превратились в подданных афинских граждан. Никакие проявления свободомыслия и недовольства союзников были не допустимы. На территориях восставших союзников появлялись афинские военные поселения (клерухии), непокорным союзникам увеличивали форос, у них насаждались демократические порядки.
  2. Суд - опора демократии по Периклу - превратился в орган преследования инакомыслия и сведения счётов с обидчиками. В Афинах появилась даже профессия доносчиков (сикофантов). Штрафы и конфискации стали обычным явлением, и как следствие - расцвело взяточничество. Неподготовленность и неквалифицированность большинства судей обернулись против справедливости. Не в силах разобраться в изощрённых аргументах ораторов, гелиасты голосовали, поддавшись настроениям, поддерживая тех, кто смог произвести на них впечатление.
  3. Паразитическая психология афинских граждан стала главной социальной проблемой в IV в. до н.э.

Пятнадцатилетний период существования "прямой демократии" в Афинах, когда народ доверял Периклу как главе государства руководство внутренней и внешней политикой своей страны, в науке принято называть "веком Перикла" или "эпохой Перикла".

Перикл стал символом политики и даже эпохи в глазах потомков, хотя он не был ни великим полководцем, ни великим реформатором. Он не изобрёл ничего нового и лишь завершил то, что начали его предшественники. Но именно при нём Афины стали могущественной державой, господствующей на морях, обрели статус крупнейшего экономического центра Греции. При нём они украсились величественными постройками Акрополя, превратились в интеллектуальный центр Греции, стали "Элладой в Элладе" - настоящим "чудом света".

В глазах многочисленных современников и потомков Перикла (прежде всего, аристократического происхождения) именно расцвет культуры и экономики Афин были главными достижениями этого лидера, имевшими для судьбы их родины и Греции в целом гораздо большее значение, чем первые шаги и уроки "народовластия".

Проблема афинской демократии стали привлекать внимание исследователей в начале XIX в. К немецким историкам, наиболее активно в это время исследовавшим природу афинской демократии и деятельность Перикла, постепенно присоединились англо-американские и отечественные специалисты.

Научные дискуссии разворачивались по ряду направлений:

  • социально-экономический фундамент афинской демократии (являлась демократия рабовладельческой?);
  • экономические предпосылки политического равноправия граждан (являлась ли демократия господством "корабельной черни" или, напротив, в соответствии с "конституцией" Солона, она позволила сохранить власть в руках высших слоёв общества);
  • соотношение "прямой" и "представительной" демократии в Афинах V в. до н.э.;
  • сущность Первого Афинского морского союза - финансового источника демократии (являлся ли этот союз проявлением "империалистической демократии" или он был первым в истории Греции централизованным демократическим государством, преодолевшим узкие границы замкнутого полиса?).

Многолетние дискуссии, "высветившие" разнообразные подходы к этим узловым проблемам темы, хотя и нельзя считать окончательно завершенным, позволяют нам быть более уверенными при рассмотрении сущности и специфики афинской демократии.

Мало кто из современных исследователей разделяет точку зрения А.Джоунза4, поставившего под сомнение рабовладельческий характер афинской демократии. Напротив, как показали результаты изучения этой проблемы в последние годы, широкое применение труда рабов во всех сферах экономики, во всех типах хозяйств Аттики, позволяло основной массе граждан заниматься политической деятельностью. Более того, развитие демократии в Аттике самым тесным образом было связано с развитием рабства, а широкое распространение рабского труда являлось одним из важнейших условий возникновения демократической системы правления в Афинах.

Другим, не менее важным условием существования демократии, является высокий уровень развития экономики, обеспечивающий значительную производительность труда и высвобождающий свободное время граждан для участия в общественно-политической жизни. Расцвет экономической жизни в Аттике после окончания греко-персидских войн привёл к укреплению социального статуса демоса - мелких и средних собственников, занятых сельским хозяйством, ремеслом, торговлей; их количество было не меньше 80%, как показали подсчёты В. Эренберга, А. Джоунза, К. Пауэлла. Следовательно, основу гражданского коллектива Афинского полиса составляли собственники, а не "корабельная чернь" - деклассированные слои населения. Это позволяет отказаться от вывода, популярного в XIX в., согласно которому афинский демос, представлявший собой люмпен-пролетариев, жил за счёт подачек от государства на средства, получаемые от эксплуатации союзников.

Выяснение вопроса об экономической основе политического равноправия афинских граждан, вместе с тем, не должно затушёвывать рассмотрение другого вопроса, связанного с финансовыми возможностями существования демократического строя. Большая часть средств, направленных на привлечение граждан из малоимущих слоёв населения для участия в политической жизни Аттики в V в. до н. э., как для повышения их уровня жизни, поступала всё же из казны членов Афинской Архэ.

Не так однозначно в историографии рассматривается вопрос о соотношении элементов "прямой" и "представительной" демократии в Афинах V в. до н.э. Ряд исследователей (к примеру Дж. Ларсен) полагает, что Совет 500 был ярким выражением "представительной" демократии, реальным правящим органом власти, куда не допускали граждан IV имущественного разряда. "Прямая" демократия существовала только на уровне демов - низовых административных единиц Аттики.

Статистические данные, привлекаемые зарубежными историками, относятся к IV в. до н. э. (не к V веку), и их сведения довольно противоречивы. С одной стороны, социальный состав гелиэи, воспроизводящий в разрезе структуру афинского общества (10% - богатые граждане, 10% - очень бедные, остальные - мелкие и средние собственники), не даёт оснований сомневаться в том, что представители всех четырёх имущественных разрядов участвовали в управлении государством. С другой стороны, на высших должностях в Афинах эпиграфические источники засвидетельствовали преимущественно богатых граждан аристократического положения, а не демос, что служит главным доказательством в пользу мнения о "представительной" демократии (однако, повторим, что эти данные относятся к IV в. до н. э., когда политическая ситуация в Аттике претерпела существенные изменения).

Преобладающее большинство англо-американских историков, как показывает историографический обзор, сделанный А.Е. Медовичевым, а также отечественные специалисты утверждают, что противопоставление Совета 500 и народного собрания является заблуждением. Народное собрание обладало полным суверенитетом. Ему принадлежала вся полнота законодательной, исполнительной и даже судебной власти. Совет же при всей важности его функций оставался прежде всего пробулевтическим учреждением, т.е. техническим аппаратом народного собрания, готовящим проекты решений последнего.

С широким спектром мнений мы встречаемся и при изучении взаимоотношений Афин с членами Первого Афинского морского союза.

Наряду с самым распространённым мнением об "империалистической" политике Афин в отношении союзников, о дискриминации и ограблении союзников, даже в отечественной историографии существует точка зрения о том, что Афины создали первое в истории централизованное демократическое государство из членов этого военно-политического союза, а также мнение о том, Афинская Архэ ускорила процесс демократизации.

Особого внимания, на наш взгляд, требует изучение вопроса о длительности существования демократического строя в Афинах. Стремление "реанимировать" здесь демократический строй после окончания Пелопоннесской войны (431-404 гг. до н. э.), встречающееся в трудах историков, приводит к явным натяжкам и грубым искажениям афинских исторических реалий, не подтверждаемым ни литературными, ни историческими свидетельствами древности.

Структура учебного пособия соответствует учебным задачам, связанным с изучением наиболее важных аспектов проблемы "Афинская демократия середины V в. до н.э.". Шесть разделов учебного пособия, как правило, построены по единой схеме: материалы учебников для исторических факультетов вузов, источники, мнения отечественных специалистов, мнения зарубежных историков. Если в эту схему мы вынуждены были вносить какие-либо изменения, то во введении к главе (разделу) на это обращается ваше внимание. Материалы двух школьных учебников по истории древнего мира, освещающих жизнь в Афинах в "Век Перикла", мы поместили в третьем разделе (главе).

Каждый из указанных блоков раздела, обычно, заканчивается вопросами проблемного характера (и/или заданиями), которые направлены на то, чтобы помочь вам глубже осмыслить предложенную учебную, научную информацию, материалы источников, а также разобраться в сонме мнений специалистов и обдумать собственную точку зрения.